Google

Дорога солнца, могилы Хасмонеев и разбитое сердце Ирода

Александрион - Сартаба 

На гору поднимаются, чтобы далеко посмотреть.




Дорога солнца

В долине Тирца лежит дорога, которая называется «дорогой солнца» (она идет с востока на запад, а вдоль Иордана – с севера на юг, так что мы стоим на важном стратегическом перекрестке) – это, говорят, сегодняшняя 57 до Шомрона, от Шомрона начнется «дорога праотцев» - до Иерусалима и далее... Дорога солнца упоминается в Библии однажды: «Когда введет тебя Господь, Бог твой, в ту землю, в которую ты идешь, чтобы овладеть ею, тогда произнеси благословение на горе Гаризим, а проклятие на горе Гевал: вот они за Иорданом, по дороге к захождению солнца, в земле хананеев, живущих на равнине, против Галгала, близ дубравы Море». Получается, что, здесь (а не в Каср аль-Иегуд) перевел евреев Иисус Навин в землю Обетованную…
Предполагается, что этой же дорогой пришел Авраам, когда ему было сказано «Пойди из земли твоей, от родства твоего и из дома отца твоего и иди в землю, которую Я укажу тебе», шел он так: «И взял Аврам с собой Сару – жену свою, Лота – сына брата своего, и все имущество, которое они приобрели, и всех людей, которых они имели в Харране. И вышли, чтобы идти в землю ханаанскую; и пришли в землю ханаанскую. И прошел Аврам по земле этой, по длине ее, до места Сихем, до дубравы Море». Иаков, возвращаясь с Рахилью и домочадцами из Харрана, «благополучно пришел в город Сихем, который в земле ханаанской, и расположился пред городом. И купил часть поля, на котором раскинул шатер свой, у сынов Еммора, отца Сихема, за сто монет».
Мы не знаем, где был Галгал, а где дубрава, древний Шхем находится в границах современного, но горы на месте. Здесь можно плавно переходить к традиции самаритян, которые вовсе не признают Иерусалим и считают, что Господь указал совсем другую гору…

Город Тирца

Нахаль Тирца и цветущая долина тянется от Иордана до Шхема (Наблуса), который вообще новодел по сравнению с городом Тирцей. Тирца – столица первых семи царей Северного царства, которое собственно и называлось Израиль.
В долине пока безуспешно ищут город Тирца. Кто-то остановился и считает, что это Тель эль-Фара, а кто-то считает, что это городище на Тирцу не тянет. Да и трудно потянуть, потому как «Прекрасна ты, возлюбленная моя, как Фирца, любезна, как Иерусалим, грозна, как полки со знаменами» (Песнь песней).

Александрион

На само́й горе располагалась самая северная из крепостей хасмонейско-иродианской системы пограничных укреплений, далее на юг Док, Кипрос, Гиркания, Иродион, Махеронт-Мукавир-Мехвар, Масада.
И значит, мы уже, наконец, открываем Флавия…
И на нас обрушиваются сложности семейных отношений в доме Хасмонеев и Ирода - история, в которой мелькают имена Помпея, Марка Антония, который особо отличился при Александрионе, Клеопатры, у которой были свои счеты с Иродом… Во всех этих историях играют важную роль также арабы и армяне…
Когда сидишь на вершине Сартабы больше всего поражает, что Аристобул из Александриона «спустился к Помпею. Он приложил все усилия, чтобы доказать Помпею справедливость своих притязаний на престол, а затем вернулся к себе в крепость. Затем он вновь сошел вниз, на этот раз по приглашению брата, и, обсудив с ним все правые и неправые стороны дела, вновь удалился без каких бы то ни было препятствий со стороны Помпея. Так, колеблясь между надеждой и страхом, он спускался все вновь и вновь в надежде убедить Помпея передать власть в его руки и так же часто возвращался назад в свою крепость, чтобы не создалось впечатления, что он сдается слишком скоро». Можно даже оценить свое властолюбие в баллах: сколько раз вы готовы ради власти спуститься и подняться на Сартабу?
Флавий вообще дидакт и любит этические рассуждения – о границах материнской и сыновней любви, об особенностях женского правления, о грамотных пиар-кампаниях, о роли личности в истории, о стадиях развития паранойи, о том, что любовь зла… Наверное, по поводу последнего прискорбного факта на склоне Александриона разбросаны громадные каменные сердца. Это, вообще-то составные части угловых колонн балкона, который, говорят, построил Ирод. Видимо, навещал заточенную сюда Мириамну… И уж точно любовался отсюда видами с Марком Агриппой.
Надо сказать, что Александрион почти не раскопан. Этот недостаток пытаются устранить черные археологи, однако от их деятельности мы видим только неэстетичные ямы. Однако понять их можно, особенно если они читали Флавия: Ирод пытал и казнил коменданта Александриона, заподозренного в том, что «он хотел принять в эту крепость [царственных] юношей и выдать им хранившуюся там царскую казну». Царственных юношей, своих сыновей, Ирод тоже казнил и распорядился похоронить их в Александрионе, «где уже покоились их дядя со стороны матери и весьма многие из предков». Но явно не могилы Хасмонеев ищут здесь черные археологи.

Акведук с сифоном

Флавий подробно описывает водоснабжение Массады, остальное следует предполагать по аналогии. На Александрионе мы видим остатки впечатляющей системы, собирающей воду в 14 пещер-цистерн не только с Сартабы, но и с окружающих гор. Видим даже остатки сифона: системы, которая позволяет поднять воду из седловины на следующую вершину (перед седловиной уровень, конечно, выше).
Археологи (Йорам Цафрир и Ицхак Маген, раскопки начала 80-х гг.) помимо крепостных стен, иродианского балкона с видом нашли следы пребывания римского легиона. Но Флавий об этом не сообщает. Все остатки строений показывают, что окончательно Александрион был разрушен землетрясением, которых было немало…

Сигнальная горка

Нам неизвестно, когда именно Александрион перестал быть обжитой крепостью, последние сведения касаются горы.
Согласно Мишне (начало III в.), на этой горе зажигался сигнальный огонь для передачи календарных сведений из Эрец-Исраэль в Вавилонию (РхШ. 2:4): «А где зажигали сигнальные огни? С Масличной горы на Сартеву, а с Сартевы на Грипину, с Грипины же – на Хавран, и с Хаврана – на Бейт-Билтин, а с Бейт-Билтина – оттуда не двигались дальше, но сигнальщик водил из стороны в сторону, поднимал и опускал, пока не видел всю диаспору перед собою – пылающую словно костер».
Очень красивый способ не только оповестить диаспору о показаниях сложного еврейского календаря, но и сохранить единство народа. Проблема только в том, что Сатрабу не видно из Иерусалима, а остальные места не идентифицируются. Может, это и не та Сартаба, а может, и та, но промежуточные станции не указаны…
Сегодня все посчитано и все есть в интернете, а жаль, красивая была традиция…

Зимний (ноябрь – март) маршрут.

На машине заказчика

На Север - 1

Количество возможностей бесконечно.

Вариант, включающий купание каждый день, ежедневные пешие маршруты на 2-3 часа и одну-две ночевки в палатке:

На Север - 2

первый день:

Хаммат-Гадер (горячие источники, купание) - Сусита - Руджум аль-Хири (пеший маршрут) - нахаль Джилабун (с купанием; речка, водопад, раскопки) - ночевка в Шаар Иашув (место для палаток, душ);

Армянский Иерусалим

В Старом Иерусалиме четыре квартала: Мусульманский, Христианский, Еврейский и Армянский. С первыми тремя все понятно, но почему из всех многочисленных и разнообразных общин только армяне имеют целый и отдельный квартал? Почему, напрмер, не Греческий, не Латинский, не Эфиопский, не Суффийский и пр., и пр.?

Почему во все иерусалимские кварталы можно пройти, а Армянский практически недоступен и окружен стенами?